http://forumfiles.ru/files/0015/36/99/43233.css
http://forumfiles.ru/files/0015/36/99/24120.css
*/

Сommune bonum

Объявление

Добро пожаловать на Commune bonum!
Тучи над головами честных британских магов сгущаются. Геллерт Гриндельвальд, наконец посетил Британию, хоть и инкогнито. Набирающее силу в Англии "Равенство крови" на удивление австрийского гостя способно не просто дать отпор, а нанести первыми удар. Но обычным волшебникам пока нет до этого дела. Ведь у них есть: светская жизнь, проклятия, улыбки и страсть. Это Сommune bonum.
Навигация:
Гостевая Сюжет Нужные Анкета ЧаВо Правила
Внешности Роли Энциклопедия
Администрация:
Wane Ophelia Raven
06.03.15. - Обновлен дизайн и открыты новые квесты!
15.01.14. - А у нас тут новая акция, спешите занять одну из важных ролей — Акция №2. Равенство крови
11.01.14. - Нам месяц!
25.12.14. - А не хотите ли вы поучаствовать в новогодней лотереи?
16.12.14. - А мы тут Офелию веритасерумом напоили... спешите узнать тайны, тайнышки и тайнищи!!
15.12.14. - Открыта запись в первый квест !
11.12.14. - Итак, мы перерезали ленточку - проект открыт. Спешите присоединиться к нам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сommune bonum » ПРОШЛОЕ ВРЕМЯ » Министр умер, да здравствует Министр!


Министр умер, да здравствует Министр!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://se.uploads.ru/DkQZb.jpg
Действующие лица: Christian Selwyn, Gellert Grindelwald.
Место и время действия: Берн, ноябрь 1918 года.
Описание событий: В результате трагической случайности... того, что впоследствии было названо трагической случайностью... погибает швейцарский Министр магии. Но жизнь не стоит на месте, и вот уже его преемник принимает поздравления со вступлением в должность. И когда официальные мероприятия оказываются позади, приходит время для поздравлений в более тесной компании, в компании старых друзей и людей, разделяющих убеждения нового лидера магической Швейцарии. А если вдруг кто-то из числа первых, не принадлежит ко вторым, это непременно стоит исправить.

0

2

Связи важны как в политике, так и в личной жизни. Так повелось, что у наследника рода Селвинов никогда не было проблем с "теми людьми". Он довольно легко находил себе если не друзей, то собратьев по разуму. Порой это было даже не в корыстных целях.
Сегодня один из таких друзей поднялся очень высоко. Министр магической Швейцарии – Флурин Камениш сменил своего предшественника, с которым так внезапно приключился "несчастный случай". Многие понимали, что случайности в той лавине не было, но все молчали. Зато гам не стихал от другого, что пост министра магии занял выходец романоговорящей части Швейцарии, жители которой слыли крайне консервативными и закрытыми в себе. То, что представитель очень старого рода все-таки "вылез из своей норы", и даже занял столь высокий пост, было сродни клубнике среди зимы. Однако возмущались все тихо, ибо герр Камениш уже не раз проявлял свой радикальный нрав.
Кристиан познакомился с ним ещё пару лет назад, когда швейцарская делегация приезжала в Великобританию. Сейчас, в Берне, на этом светском вечере в честь нового министра, мужчина поражался не столько живописному ландшафту, сколько разнообразию языков. Тут чуть ли ни на каждом углу говорили на разных диалектах, наречиях и даже языках. Немецкий Селвин практически не знал. Говорил лишь пару слов, понимал чуть больше. Но бернский диалект сводил его попытки что-то понять на "нет". Казалось, что собравшиеся здесь сегодня маги тренировали "аеиоу", делая сильный акцент на последней букве. "У" было слышно чуть ли ни в каждом слове.
Немного растерявшись в данной обстановке, Кристиан старался не подавать вида, что он здесь ощущает себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Однако приглашение есть приглашение.
К счастью, вскоре за спиной раздался знакомый голос и английский с жутчайшим швейцарским акцентом.
- Мистер Селвин! Кристиан, я рад, что вам удалось приехать.
Флурин не сильно отличался от прочих гостей – высокий лоб, уже начавшие седеть волосы, слегка выпученные, но с виду добрые глаза, крупный нос и пухлые губы, а усы зачёсаны на венгерский манер. Парадная мантия же не могла скрыть широкой фигуры нового министра, а так же небольшое брюшко. Рядом со своим другом Крис всегда казался себе несформировавшимся юнцом.
- Разве мог я пропустить столь значимое событие? Примите мои поздравления, министр, - с улыбкой ответил Селвин. Ему сложно было привыкнуть к тому, что швейцарские "сливки общества" куда меньше разменивались вежливостями, чем те же англичане, зато отличались большей прямолинейностью и душевностью.
- Позвольте представить вам несколько моих друзей, с которыми, я верю, вы сойдётесь по интересам.
С этими словами Камениш подвёл иностранного гостя к небольшой группе людей, бурно что-то обсуждавших. Увы, Кристиану не удалось понять ни слова. Удивительно, но новый министр обратился к ним по-английски, видимо, дабы указать, что к ним присоединился заморский гость, и чтобы тот понимал, о чём речь.
- Господа, позвольте представить вам мистера Селвина, главу британского отдела магических происшествий и катастроф.
Затем министр представил и остальных собравшихся, но вниманием брюнета завладел светловолосый маг, который чем-то отличался от собравшихся тут. и дело было вовсе не во внешности, а в ауре, уверенности и ещё чем-то, что исходило от него.

Отредактировано Christian Selwyn (2015-01-31 19:35:50)

+2

3

Геллерт не планировал появляться в Швейцарии ещё как минимум несколько месяцев: ситуация в стране казалась ему достаточно стабильной и не требовала его личного вмешательства, зато хватало других дел. Но когда десять дней тому назад он получил сообщение о гибели швейцарского министра, иного выбора, кроме как взять ход событий в свои руки, у него, похоже, не оставалось. Особенно убедительным был радужный настрой, которым сквозило едва ли не от каждой фразы письма. Зефирен д’Оньоль был явно горд и проявленной инициативой, и проделанной работой, очевидно, ожидая, что Геллерт его энтузиазм разделит. Какие-то основания для подобных надежд у него, в общем-то, были. Именно Зефирена Геллерт планировал посадить в министерское кресло, и определённое влияние, которого РОБ успела добиться в Швейцарии за последний год, вероятно, создало у него ложное впечатление, что от желанного поста его отделяет только один человек - нынешний Министр магии. От досадной помехи д’Оньоль, стоит отдать ему должное, избавился неплохо. Никаких реальных зацепок, ведущих к нему или РОБ в целом, не осталось. Вот только в данной ситуации, случайность, про степень случайности которой догадывается пол-Швейцарии, пусть даже и не имея никаких доказательств, была неприемлема. Хотя бы потому, что заставила серьёзно призадуматься некоторых представителей влиятельных швейцарских семейств и даже отложить до лучших времён их традиционные, уходящие корнями в прошедшие столетия склоки, что едва не привело к немедленному назначению на пост министра Данкварта Хайлингена главу отдела магического правопорядка, известного, в частности, своей абсолютной нетерпимостью к любым появлениям Тёмных искусств. Что это значило бы для РОБ, организации хоть и соблюдавшей некоторые правила приличия, но имевшую вполне определённую репутацию, можно, наверно, и не объяснять.
Так вот Зефирен мало того, что не смог предусмотреть такой вариант развития событий, так ещё и, опьянённый перспективами, не замечал, как желанное кресло вытаскивают прямо из-под него. Одно время Геллерт подумывал, не сделать ли из него вторую жертву "честолюбивого" и "беспринципного" герра Хайлингена, но решил, что всё-таки Зефирен ещё может быть полезен. Да и дядю его Геллерт ценил высоко. Так что д'Оньоль всего лишь пережил весьма неприятное покушение. Преступников нашли, но они оказали серьёзное сопротивление, убили одного аврора и, вот досада, погибли при задержании, а с их смертью оборвались и без того не казавшиеся особо надёжными нити к организатору покушения. Случайно. Ну, или не совсем случайно. Всё-таки сложно обвинять молодого мага, на глазах у которого только что погиб напарник, в несколько… эмоциональной реакции. Сложно, но легкомысленное отношение к общепринятым моральным ценностям, а также наличие среди швейцарских членов РОБ неплохого журналиста позволили Геллерту без особого труда справиться с этой задачей. Что интересно, он приложил руку к одной - с натяжкой, к двум статьям. Всё остальное, периодически мелькавшее в швейцарской прессе до сих пор - исключительно плоды народного творчества. Похоже, магическому сообществу неожиданно пришлась по душе история о том, как герр Хайлинген расчищал себе дорогу к министерскому креслу, а потом поручил своему любимчику исправить допущенную оплошность. Кстати, к версии, утверждавшей, что этот самый любимчик заодно со ставшими ненужными исполнителями убил ещё и своего напарника, Геллерт вообще никакого отношения не имел, но ход мыслей неизвестного автора ему понравился.
Прекрасный штришок к общей картине добавил сам Данкварт, сорвавшись на молодом авроре и, очевидно, забыв, что своим укрепившимся положением он во многом обязан его семье. Ещё немного - и хрупкий мир, позволивший сформировать эффективную коалицию против РОБ затрещал по швам. Д’Оньоль, правда, всё равно отправился во Францию под присмотр дяди - несмотря на всё, слухи об убийстве министра всё-таки плохо сказались на его карьере. Зато нашлась замечательная замена - Флурин Камениш. Его связь с РОБ была не менее прочной, чем у Зефирена, но для многих - не столь очевидной. Он, внезапно решивший вступить в большую игру, стал компромиссом, в котором так нуждался высший свет Швейцарии. Скоро, конечно, волшебники опомнятся, и кто-нибудь обязательно поймёт, к чему же привели столь стремительно развивавшиеся события, но это потом. А пока они, уверенные, что буря миновала, переводят дух, стоило сделать как можно больше, чтобы отрезать господам сомневающимся пути к отступлению. Впрочем, Флурин и сам с этой задачей справлялся неплохо. И на своей прежней должности, и даже уже в качестве Министра магии он успел наглядно продемонстрировать, что за обманчиво добродушным впечатлением, которое обычно производил Камениш, скрывался стальной характер. И всё же немного помощи ему ведь не помешает, так?
В частности, сейчас Геллерт обсуждал детали уже практически готового международного соглашения. Точнее, все нюансы и детали были обговорены ещё пару часов назад вместе с Каменишем, а была просто неформальная болтовня, в которой, впрочем, порой рождались неплохие идеи. Геллерт, посмеиваясь, с бокалом шампанского в руке выслушивал шутливую версию, как заставить Хайлингена, который, несмотря на все перипетии, всё ещё оставался главой отдела магического правопорядка, подписать документ фактически легализовывавший на территории Швейцарии Тёмные искусства, когда к ним подошёл Флурин в компании незнакомого тёмноволосого человека аристократичной внешности. И не думая скрывать интереса, Геллерт разглядывал британца, пока министр представлял всю компанию. Получалось длинно, потому что за именем и фамилией не отличавшиеся краткостью должности и только в самом конце прозвучало скромное “герр Гриндевальд”. Маг приподнял бокал и слегка наклонил голову в знак приветствия.
Обычно он не представлялся на подобных мероприятиях, считая, что кому надо, тот и сам его знает в лицо, а кто не знает, тому и не очень надо. Камениш, кстати, насчёт этой привычки должен был быть в курсе, и раз решил назвать его своему другу, то был уверен, что тот как минимум поведёт себя достаточно адекватно и воздержится от слишком эмоциональной реакции.
- Добрый вечер, мистер Селвин, - улыбнулся Геллерт. - Вы ведь пришли сегодня поздравить нашего общего друга с новой должностью? - он кивнул на министра.
Геллерт вёл себя так, словно ничем не выделялся среди других гостей, хотя и игру можно было без труда распознать хотя бы по тому, как уважительно и не сговариваясь собравшиеся - все не последние люди в министерстве - предоставили ему приветствовать гостя, даже немного отступили сторону, и по тому, с какой небрежностью к этому отнёсся сам Геллерт.

+1

4

Сейчас, наблюдая за этими сливками швейцарского магического общества, сложно было представить, что знатные магглы столь маленькой страны или потеряли свои звания или скрывались заграницей, со времён Наполеона. Однако магический мир почти в любой стране был более сплочён, консервативен, а его верхушки уверено держали свои позиции, и ревностно пеклись о чистоте крови. Почти все.
И если среди простых магов, настроения были скорее либеральные, в министерстве всё ещё не только действовали старые устои, но и царили настроения в пользу нового в Европе направления. До Британии оно ещё, слава Мерлину, не докатилось, но Селвин полагал, что это лишь вопрос времени. Ещё одна причина быть сегодня здесь. Заранее прощупав почву под ногами, Кристиан, лишь месяц назад занявший пост главы отдела в министерстве, сможет куда увереннее действовать в дальнейшем и подстраиваться, направляя свою жизнь и своих подчинённых в угодно ему русло. Да и места для того лучше не придумаешь, чем сегодняшний праздник.
Как только Флурин представил последнего своего знакомого, брюнет еле заметно прищурил глаза. Гриндельвальд – кажется, это имя когда-то где-то упоминалось, когда Кристиан в ранней молодости заучивал с отцом историю  чистокровных магических родов. Однако уже давно мужчина о данном роде ничего не слышал. А значит, скорее всего, маги этого рода смешались с магглами. Непростительно. Однако, ради Камениша, Селвин решил не показывать своего отношения к грязнокровкам и магглорожденным. Ничто не выдавало аристократа.
- Рад знакомству, мистер Гриндельвальд, - от брюнета не укрылось, как прочие члены разговора будто отошли в сторону, пусть и не далеко. Так же сложно было скрыть акцент светловолосого мужчины, пусть он и отличался от манеры швейцарцев. Неужели ещё один заезжий гость? Интуиция, однако, подсказывала, что с этим магом надо быть осторожным, а имя его и лицо запомнить, как своё.
- Швейцария - страна маленькая, но от того не менее важная. А уж коли министром магии стал мой давний друг, я просто не мог пропустить сего события, - слегка улыбнувшись, ответил Селвин. Он приподнял бокал, который ещё до приветствия Камениша, взял с одного из столов.
- Вы ведь тоже не из этих краёв? Как же судьба свела вас с Флурином? Насколько мне известно, он крайне неохотно путешествует. Для него даже переезд из горной местности Граубюндена в лишь чуть холмистый Берн, был нелёгким!
Действительно было интересно узнать чуть больше о необычном госте. Было в нём что-то привлекательное не в плане физиологии или каких-то наклонностей, а в плане общения. От того Кристиан всё равно оставался начеку. Хотя, даже не так – "тем более".

+2

5

Хоть Геллерт и не ожидал слишком бурной реакции - раз уж Флурин решил его представить, - но полное равнодушие Селвина его смутило. За последние годы он успел привыкнуть, что его имя значительно опережает его самого и в пояснениях не нуждается. Он бросил вопросительный взгляд на министра, но быстро опомнился и с прежней дружелюбной улыбкой вернул внимание на Селвина. То ли Британские острова существовали где-то в параллельной реальности, то ли англичанин на редкость удачно подхватил игру во встречу со “всего лишь ещё одним другом Флурина Камениша”. В любом случае, это было забавно.
- И я его прекрасно понимаю, - охотно подхватил Геллерт. - Берн, конечно, по-своему прекрасен, но, поверьте, с очарованием Альп мало что может сравниться, - он рассмеялся, покачал головой. - Хоть я и вырос в австрийских предгорьях, но эта магия, очевидно, коснулась и меня.
Он допил  шампанское и небрежно, словно на стол, поставил бокал прямо на воздух рядом с собой, тот, зачарованный, взмыв над гостями, вскоре исчез из виду. 
- Как и с вами, мистер Селвин, с Флурином нас познакомили общие друзья. Свели же нас общие интересы, ну а общие дела - сдружили. И, похоже, последних теперь только прибавилось, - последнее замечание было обращено к министру.
Геллерт задумался, стоит ли пока остановиться на этих ничего не значащих словах или лучше дать англичанину понять, что Гриндевальд здесь не последний человек. Точнее, что он хозяин торжества ничуть не в меньшей степени, чем сам Камениш. С одной стороны, Селвин может решить просто-напросто держаться от него на всякий случай подальше - что было бы проявлением здорового благоразумия, - с другой,  главу одного из отделов британского министерства следовало заинтересовать, не так ли? Да и застывшие почётным караулом недавние собеседники не располагали к непринуждённой беседе. Ну, серьёзно... Как будто Геллерт только что не смеялся вместе с ними, не требуя никаких проявлений почтительности.
- Видите ли, - словно вспомнив, что из уважения к собеседнику стоило бы пояснить последнюю фразу английскому гостю, а заодно и обозначить свою роль среди швейцарской верхушки, начал Геллерт, - я здесь, в некотором смысле, представляю интересы австрийского министерства.
На такое скромное заявление один из рядом стоящих магов всё-таки не выдержал и издал сдержанный смешок.
"Точнее, австрийское министерство представляет мои интересы в Австрии", - мысленно поправил себя Геллерт, но пока эту информацию решил не озвучивать.
- И мы рассчитываем в ближайшем будущем наладить тесное сотрудничество между нашими странами, - как ни в чём не бывало продолжил Геллерт. - Не правда ли, министр? -  полушутливым тоном закончил он.
"Ещё одно уточнение, - пронеслась отстранённая мысль, - я собираюсь наладить тесное сотрудничество между моими странами".
Вряд ли Селвин, занимающий такую высокую должность, посещает подобные мероприятия только ради того, чтобы отдохнуть и поболтать с друзьями. Так что чуточку политики не помешает для того, чтобы завязать разговор.

+1

6

Хоть британские острова и не были на другом конце света, о РОБе там слышали не так уж и много. Вернее, в министерстве наблюдали за происходящим на материке, но некоторые детали не доходили до островов или доходили, но в искажённом виде. Фамилия Гриндельвальда потому пусть и говорила Селвину о чём-то, но его память отказывалась выводить ассоциации с ней сейчас. Потому умнее было тянуть время и знакомиться с ним, как с совершенно неизвестным доселе человеком. Ну, или почти.
Лишь упоминание Австрии помогло мужчине вспомнить, почему же фамилия нового знакомого казалась столь важной. Что ж, пожалуй, эту встречу можно было назвать крайне удачной и перспективной. И пусть Кристиан, как и его отец, старался не вступать в группировки вроде Равенства Крови или его антипода, знать о них следовало как можно больше, особенно в столь неспокойное время.
- Лишь в некотором смысле? - разыграл удивление Селвин, а затем продолжил, - Учитывая соседство обеих стран, и нынешнюю политическую ситуацию, сотрудничество было бы как никогда выгодно для обеих сторон. Однако позвольте осведомиться, что же именно за интересы движут сегодня Вами?
На этот раз мужчина не увиливал, и не разыгрывал незнание, он вспомнил всё, что накопилось в его памяти относительно фигуры перед ним.
Кристиан не выказывал ни недоверия, ни чрезмерного благодушия. Пока что он просто прощупывал почву, выискивая возможную выгоду в сегодняшнем знакомстве.
- Не подумывает ли австрийское министерство о сотрудничестве с британскими островами? Честно говоря, наблюдая за тем, как выстраиваются нынче альянсы, и какие настроения овладевают Европой, я удивлён, что наши страны ещё не пытались наладить более тесный контакт.
Не сказать, что глава отдела желал обратить внимание столь важной фигуры на британское министерство, но он действительно не верил, что радикальное движение со стороны Австро-Венгрии не перекинется через Ла-Манш.
Последовав примеру Гриндельвальда, Селвин допил шампанское, и так же избавился от бокала. Краем глаза брюнет заметил, что Камениш покинул компанию, приветствуя новых гостей сего празднества. Отличная возможность, чтобы отдалиться от группы магов, что и без того не способствовала продуктивному диалогу. Заприметив спокойное место у окна в углу, Кристиан жестом предложил австрийскому гостю перейти туда.
- Не вижу смысла стоять посреди зала, обсуждая дальнейшие планы, - прокомментировал свой жест британец.

+1

7

Удивление его небольшой намеренной оговоркой уже больше соответствовало подыгрыванию, чем незнанию с кем его сегодня свела судьба в лице Флурина Камениша.
- Люди, представляющие интересы министерств, обычно имеют неплохие должности в этих министерствах, - улыбнулся Геллерт. - Я же просто частное лицо, к которому многие прислушиваются. Не только в Австрии.
Это не было попыткой изобразить скромность, скорее насмешкой, адресованной не Селвину, конечно, а всем присутствующим здесь магам и не только им. Строго говоря, Геллерт был никем в мире магической аристократии. У него не было громких должностей, не было родственников-аристократов, древних поместий - у него вообще не было собственного дома. Точнее, был, но во-первых, о нём никто не знал, во-вторых, технически уединённый особняк в горах принадлежал каким-то магглам, в-третьих, Геллерт и сам там появлялся крайне редко. И что гораздо важнее, у него не было того, что столь высоко ценилось среди этих людей - чистой крови. И тем не менее, они признавали его власть. Гриндевальду нравилось ощущать себя вне привычной волшебникам структуры власти, не жить по её правилам, а находиться над ней.
- Сегодня? - задумчиво переспросил Геллерт. - Сегодня мной движут не столько интересы, сколько всего лишь желание провести приятный вечер в компании интересных людей. Впрочем, если есть возможность совместить одно с другим, то это ведь делает вечер только приятнее?
При упоминании Британских островов на лицо Геллерта набежала тень, особенно заметная по сравнению с прежним довольно-благодушным выражением человека, успешно завершившего важное дело. Это был один из тех вопросов, которые Гриндевальд старательно игнорировал, даже оставаясь наедине с самим собой. Британия не трогала его, он не трогал Британию, и всех всё устраивало - по крайней мере, он старался себя в этом убедить. Вот только чем дальше, тем яснее становилось, что рано или поздно неписаный нейтралитет должен смениться необъявленной войной, особенно учитывая неплохо прижившиеся на островах Парижские веяния. У РОБ уже имелись члены в Британии, но Геллерт с нездоровым упрямством продолжал пускать все дела организации за Ла-Маншем на самотёк.
Впрочем, Геллерт довольно быстро взял себя в руки, отогнав неприятные мысли буквальным пониманием вопроса мистера Селвина. То есть он честно, мысленно усмехаясь, попытался вспомнить, о чём там подумывает австрийское министерство. Память охотно подсказала, что да, сотрудничество с Британией действительно на уме, если и не у всего министерства, то как минимум у австрийского министра. В первую очередь, министерство - ну, или министра - беспокоило положение дел во Франции и уже в этом контексте - Британия.
Пока Геллерт думал, как лучше ответить на вопрос, Камениш отправился встречать новых гостей, а Селвин предложил отойти к окну. Формулировка ему очень понравилась. “Обсудить дальнейшие планы” предполагало наличие этих самых планов или готовность ими обзавестись. Разумеется, это могла быть просто фигура речи, но всё равно она задавала многообещающий настрой.
Геллерт охотно согласился отойти, решив пока не смущать нового знакомого своими не совсем типичными для европейского высшего общества привычками. Вероятно, в том виноват его образ жизни, требовавший от Геллерта весьма равнодушного отношения к расстояниям. За один день он мог заглянуть в гости людям, живущим в противоположных концах находящихся под его контролем территорий, или, обнаружив что-нибудь неясное в полученном письме, перенестись на сотни миль только чтобы уточнить интересующий его вопрос и спустя секунды вернуться обратно. Так что, испытывая необходимость в уютном местечке для уединённого разговора, Геллерт обычно мыслил глобальнее  и мог, например, аппарировать вместе с собеседником в полюбившуюся ему беседку на берегу моря. Но он не был уверен, что Селвин с восторгом воспримет такие его причуды.
- Австрийское министерство всегда открыто для новых контактов и союзов, - начал Геллерт, опираясь на подоконник и с трудом сдерживая желание сесть на него. - Однако, насколько мне известно, ваши соотечественники предпочитают держаться в стороне от… европейских альянсов. Скорее всего, министр считает, что это лучший способ сохранить покой и привычный уклад жизни тех, кто доверил ему власть, - теперь Геллерт был серьёзен, без следа недавнего легкомыслия. - Определённо, в этом есть некоторый смысл… Был. Лет сто назад. Сегодня мир слишком склонен к изменением, чтобы простое бездействие позволило их избежать… - Геллерт оборвал себя, словно смутившись тем, что слишком увлёкся критикой иностранного министра, но не удержался оттого, чтобы добавить: - Впрочем, если ваш министр желает учиться на собственных ошибках - это его право. Когда ситуация выйдет из-под контроля, вы знаете, к кому следует обратиться, - закончил он с лёгкой улыбкой.

Отредактировано Gellert Grindelwald (2015-03-03 18:29:05)

+1

8

- Уверен, неспроста, мистер Гриндельвальд. Ибо Ваше имя нет-нет, а проскальзывает в политических дискуссиях представителей разных стран мира.
Увы, доселе о самом мужчине известно было немного. Лишь о его власти, распространившейся на большую часть Европы. Пожалуй, стоило разузнать побольше об этой загадочной фигуре на политической арене по возвращении домой.
При упоминании британских островов, собеседник Селвина заметно помрачнел. Сам маг не собирался докапываться до причин, но сам факт взял себе на заметку. Авось, узнает больше, когда займётся биографией Гринельвальда.
- Мир слишком нестабилен, как и альянсы в нём нынче. Говорят "серых" никто не любит, но пока что именно эта, нейтральная, позиция спасала нашу, относительно небольшую страну, от ярых проявлений войны в магическом мире.
Да, на фоне войны магглов, всё равно хватало происшествий магического характера. Были стычки среди тех, кто считал войну хорошей возможностью для того, чтобы свести счёты с кем-то. И пусть министерство делало всё возможное, чтобы подобных эксцессов было поменьше, держать всех магов в узде было сложно. Особенно ввиду недавних тенденций некоторых не только стереть рамки между чистокровными родами и грязнокровками, но и выступить на защиту и поддержку магглов, что вызвало бы ненужную шумиху в обоих мирах. В отличие от некоторых, министерство помнило, чем это было чревато в XV-XVII веках. Пусть тогда пугливые, глупые магглы и истребляли, по большей части, лишь своих же сородичей, магам тоже знатно досталось.
- Не мне говорить и решать за министра, и надеюсь, ваше видение нашего будущего всё же не сбудется. Но как глава отдела магических происшествий и катастроф, я не могу стоять в стороне, наблюдая, как меняется мир. Да и всегда стоит наперёд просчитывать свои шаги, не так ли? - с лёгкой, лукавой, улыбкой подметил Селвин. Искать выгоду во всём - этому мужчину с малых лет учил отец. Нынче же эта мысль являлась лозунгом всей жизни Кристиана.
"Обратиться к нему? Неужели, Гриндельвальд может предоставить министру, да и всем магам Британии, нечто стоящее?"
Поразмыслив на скорую руку, Селвин так и не смог представить, чем бы это могло быть. Особенно учитывая нежелание многих, в том числе и собственное, объединяться с сомнительными, не вызывающими доверия движениями.
- Что же Вы предлагаете, дорогой Гриндельвальд? - с долей скепсиса спросил маг. Действительно, его собеседник был далеко не безызвестной фигурой на политической арене, но слишком скрытной. Коль он предлагал Селвину обратиться к нему в час нужды, какие-то идеи у австрийца явно были. Что ж, почему бы и не послушать? Могло оказаться, что мужчина был действительно полезен, а вместе с тем и знакомство с ним.

Отредактировано Christian Selwyn (2015-03-16 01:46:38)

+1

9

На замечание Селвина об известности Гриндевальда в политических кругах Геллерт только неопределённо хмыкнул. Сам он был о собственной репутации более высокого мнения, чем “имя нет-нет, а и проскальзывает в дискуссиях”. Гораздо более высокого. Но допустим, что это всего лишь продолжение игры в “Я не имею ни малейшего представления, с кем меня сегодня свели судьба и новый швейцарский министр”. Не очень удачное, по мнению Геллерта, продолжение, но пока ещё общее впечатление от беседы было достаточно хорошим, чтобы закрыть на это глаза.
- Тот, кто занимает нейтральную позицию, как правило, выглядит врагом в глазах обеих противоборствующих сторон, - Геллерт пожал плечами. - Возможно, врагом, которым позволительно временно пренебречь, если основной противник требует слишком много внимания, и это может дать "серому" впечатление собственной безопасности. Ложное впечатление, смею заметить, - теперь он неотрывно смотрел Селвину в глаза.
Если к началу этой небольшой речи Гриндевальд казался равнодушным, то последние слова прозвучали практически как угроза, хоть и безадресная. Однако проявиться ей слишком явно Геллерт не дал. Он внезапно улыбнулся, и совсем другим тоном продолжил:
- Но какое отношение это имеет к нынешней ситуации? Разве магическое общество охвачено войной? Нет, просто мир изменяется, хотим мы того или нет. И выбор, перед которым мы все оказались, состоит в том, станем ли мы прятать голову в песок и делать вид, что ничего не происходит, или приложим усилия для того, чтобы направить неизбежные перемены в то русло, которое позволит нам не быть сметёнными потоком. Ах да, есть ещё одна возможность. Можно, стать частью потока и надеяться, что каким-то чудом выйдет не раствориться в нём без следа, но это, увы, за гранью моего понимания, - он развёл руками.
Точнее, Геллерт прекрасно представлял себе основные устремления тех, кто выступал против отточенного веками мироустройства. Доказать, добиться, получить... Но неужели все эти адепты передовых идей другого мира сами не понимают, куда они толкают общество, о котором якобы пекутся? И потом они ещё смеют называть его эгоистом...
- Моё видение будущего? - задумчиво, словно пробуя фразу на вкус, повторил Геллерт. - Звучит почти как предсказание. Нет, мистер Селвин. Это был всего лишь прогноз - пока что общий, - который в отличие от всякого рода видений основан на фактах и логических связях. С ним можно соглашаться, можно оспаривать, но надеяться на ошибочность? Оставьте это для тех, кто предпочитает позицию стороннего наблюдателя. А мы с вами тем временем можем заняться просчитыванием наших дальнейших шагов.
А вот скепсис в голосе Селвина вместе с обращением “дорогой Гриндевальд” Геллерту категорически не понравился. Даже в рамках игры в неугадайку. Этот скепсис мог бы быть уместен разве что много лет назад, когда юный Гриндевальд только начинал путь, сделавший его негласным правителем уже нескольких европейских стран… Хотя нет, уместным он не был бы даже в школьные годы Геллерта, но тогда он был хотя бы понятен. Но сейчас?
Геллерт сделал то, о чём подумывал с того момента, как они отделились от основной массы приглашённых на вечер - одним движением запрыгнул на высокий подоконник. И оттуда, сверху вниз, выразительно, с нарочитым удивлением на лице глянул на Селвина.
- Я предлагаю здраво оценить обстановку в мире и сделать соответствующие выводы, относительно перспектив её развития. После чего определиться устраивают вас эти перспективы или нет. И если окажется, что наши мнения по этому вопросу сходятся, я подумаю над тем, что я могу вам предложить, - он замолчал, как будто уже сейчас задумался над этим вопросом, а потом негромко заметил: - Вы говорили, что не вам говорить и решать за министра… Я не могу сказать то же самое о себе, - закончил он с многообещающей улыбкой.

0


Вы здесь » Сommune bonum » ПРОШЛОЕ ВРЕМЯ » Министр умер, да здравствует Министр!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC