http://forumfiles.ru/files/0015/36/99/43233.css
http://forumfiles.ru/files/0015/36/99/24120.css
*/

Сommune bonum

Объявление

Добро пожаловать на Commune bonum!
Тучи над головами честных британских магов сгущаются. Геллерт Гриндельвальд, наконец посетил Британию, хоть и инкогнито. Набирающее силу в Англии "Равенство крови" на удивление австрийского гостя способно не просто дать отпор, а нанести первыми удар. Но обычным волшебникам пока нет до этого дела. Ведь у них есть: светская жизнь, проклятия, улыбки и страсть. Это Сommune bonum.
Навигация:
Гостевая Сюжет Нужные Анкета ЧаВо Правила
Внешности Роли Энциклопедия
Администрация:
Wane Ophelia Raven
06.03.15. - Обновлен дизайн и открыты новые квесты!
15.01.14. - А у нас тут новая акция, спешите занять одну из важных ролей — Акция №2. Равенство крови
11.01.14. - Нам месяц!
25.12.14. - А не хотите ли вы поучаствовать в новогодней лотереи?
16.12.14. - А мы тут Офелию веритасерумом напоили... спешите узнать тайны, тайнышки и тайнищи!!
15.12.14. - Открыта запись в первый квест !
11.12.14. - Итак, мы перерезали ленточку - проект открыт. Спешите присоединиться к нам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сommune bonum » ПРОШЛОЕ ВРЕМЯ » Подземелья и дьяволы


Подземелья и дьяволы

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://media.tumblr.com/f2a0a8b83c80f07505786325cc27f3c3/tumblr_inline_mftwbsALKh1rvw81k.gif

http://33.media.tumblr.com/c268ec79c43e9233dcbcae0f26bfdb16/tumblr_moeodbcM4o1rn9avdo2_500.gif

Действующие лица: Адрианна и Уилфорд
Место и время действия: Поместье Лестрейнджей, подвал, время ужина.
Описание событий: Любопытство - не порок, милая Адрианна, но я запретил посещать подвальное помещение абсолютно всем.
Какие непослушные дети, пробел в воспитании.

+1

2

У Вас повреждён мозг... Вы обречены на пожизненное счастье.

Мне казалось, в Вас куда меньше напыщенности, мистер Виолар. Маглы назвали бы вас идиотом в общеклиническом смысле слова, но нам недоступна подобная небрежность в обращении с пациентами. Мы куда более... "человечны", уж простите за странную внутривидовую аллегорию. Вы вовсе не идиот, и на Вашем месте я бы лишал языка всех, у кого оный повернулся бы сказать про Вас подобное. Уникальный - вот верная характеристика! Поистине волшебный! Наше чинное общество стало забывать истинную суть магии приземленных вещей. Хотя.. что может быть выше человеческого мозга? Его тайны и секреты, мистически скрытые под тонкими оболочками, внутри каждой из извилин. - Sansae taciti,- тихое бормотание, орудуя палочкой над открытой черепной коробкой. - Мистер Виолар, вы можете гордиться собой,- чуть щуриться, наблюдая за маленькими голубыми огоньками, загорающимися словно внутри серого вещества.- Ваш орган даже после полного отключения сознания не хочет поведать мне тех тайн, кои так тщательно скрывает...- отойти на шаг, глядя на последний догорающий огонек. Уголки губ чуть подергиваются. Есть одна идея. - Быть может, будучи в сознании, тяга вашего мозга к секретам ослабнет...- грешит излишним оптимизмом, но возбуждает смелость мысли. Тихое бормотание, коснуться палочкой сердца, снова запуская его, переводя затем ее на голову. Нет, совершенно негуманно! Открыть колбу с зельем, поднося его к носу жертвы. Хватит одного вдоха. Палочка на голову. Оживайте, дорогой. Дождать судорожного вдоха, закупоривая колбу пробкой, глядя на хаотичные редкие сокращение мимических мышц. Одурманенный зельем, подавляющим болевой шок, несчастный полноватый мистер Анри слабо постанывает. - Тише, дорогой, не мешайте мне пытаться вам помочь,- уникальная фраза для всех пациентов. Снова те же манипуляции. Огни ярче, сливаются в один в теменной области правого полушария. Замечательно! Глаза горят огнем, очередная загадка близится к своему логическому разрешению. Работа трех недель стоила того. Осторожно берется рукой в перчатке за край черепа, палочкой делая разрез около полутора сантиметров длиной. Свет усиливается. Так близко, так опасно близко, что любое неаккуратное движение приведет к провалу, ценой в три драгоценных недели. Пару лет наз Уил пришел к выводу, что ему куда ценнее время, минутная валюта, нежели деньги и материальная составляющая. Поэтому твердая рука, продвижение по миллиметру в три секунды, не переставая шептать формулы, максимально защищая очаг, подаривший мистеру Виолару его феноменальную память и асоциальное поведение. Шаг за шагом, О, Мерлин, это непередаваемое чувство! Я узнал достаточно, осталось попробовать, какова эта проблема на вкус, можно ли вылечить подобное, хотя, готов спорить, вы бы не захотели лечить подобное. Все ваша недалекая кузина, опекающая столь ценный организм. Испугалась ножа в Вашей руке. Не смешите меня. Нож - это как-то совсем нелепо...

...скрип двери...

замереть на миг. Я не мог не запереть ее за собой. Просто не мог. Или... вспоминать. Спуститься, открыть дверь, войти внутрь, закрыть за собой... я не закрыл ее. О нет... Отвлекся на скрип, прервал заклинание. Покойтесь с миром, Анри и прошу вас не сердиться на меня. Видит небо, я не хотел подобного исхода. Вытащить палочку, аккуратно вытирая ее конец шелковым платком, попутно рукой задергивая ширму перед привязанным ремнями к вертикальному столу покойным французом, поворачиваясь к двери лицом. Нет, конечно же, на его лице не отражалось ничего, кроме невозмутимой вежливости, легкой надменности, глаза были так же степенно холодны, но внутри его раздирало желание поместить сбившего все планы человека на место несчастного. Дверь была прикрыта неплотно. Моя вина. Но сюда никогда и никто не спускается. Им запрещены подобные вольности. Точнее - зайти в саму импровизированную лабораторию.  -  Я вас внимательно слушаю,- ровный тон, обращаясь к двери. Надежды на сквозняк? Никаких. Это слишком легкомысленно. Непозволительная роскошь. Кто-то из домашних, однозначно. Два быстрых шага к двери, попутно сбрасывая перчатки в урну, резкий рывок за ручку, не давая возможности подглядевшему или не успевшему подглядеть родственнику исчезнуть с места своего преступления.

+4

3

Вечер медленно опускался на землю, окрашивая всё вокруг в оранжевые и алые тона. Закат выдался на удивление ярким, будто сегодня произошло или ещё успеет произойти что-то невероятно впечатляющее. Однако Адрианна была готова поспорить даже с природой на эту тему. Обычный день в поместье семьи Лестрейндж не мог нести даже намёка на что-то захватывающее. Ничего интересного для молодой мисс не происходило вот уже вторую неделю. Стоит ли говорить, что она была готова выть от скуки, словно оборотень в полнолуние. Единственный, кто привносил свет и радость в её будни – младший брат Джаспер, но он вернулся из долгой изнурительной поездки только несколько часов назад, а потому даже у такого энергичного человека тогда не было сил на рассказы о том, как он провёл время в отъезде.
Солнце опускалось очень медленно, как будто нарочно тянуло время, мучая молодую волшебницу. Адрианна устроилось на своём излюбленном для чтения месте – на большом диване напротив незажжённого камина. Она уже углубилась в историю магии, чтобы убить время и забыть о скуке, когда в помещение вошла её мать. Брианна всегда держала осанку, шаг её был ровным и уверенным, будто она шла к трибунам произносить важную для мировой политики речь. Голос, когда она обращалась к своим детям, не подходил к этому важному виду. Говорила она так, что в каждом слове было слышно, что она любит дочь и сына, но это не звучало слабовольно или излишне ласково. Она каким-то образом умела найти точно такой тон, что не казалась детям характером похожей на отца, но и не теряла своего авторитета. Вернее сказать, старалась.
- Адрианна, пожалуйста, найди отца и скажи ему, что ужин будет скоро готов, - на немой вопрос во взгляде дочери она добавила, - Мне нужно позаботиться о новом растении в саду. Строго в определённое время, иначе оно завянет или, если поторопиться, то сильно разрастётся, -  миссис Лестрейндж уже было направилась к выходу, как резко развернулась, будто забыла что-то сказать, - Ах да, и Джасперу напомни об ужине, он совершенно не следит за временем.  Если он ещё не заснул.
Последнюю фразу она проговорила больше для самой себя, а затем удалилась в закрытый сад, которой давно превратился в нечто странное, по мнению младших Лестрейндж. Этот сад Брианна когда-то с пылом отвоевала в словесных баталиях с Маргарет. После триумфальной победы, она не стала ждать и уже через месяц превратила специальное помещение в исключительно своё место в огромном поместье. Она привозила лично и заказывала растения со всех уголков мира, как распространённые в другой местности, так и редкие. К слову, не все из них были безобидные, далеко не все. Только одна Брианна знала, каждое растение и его свойства, поэтому туда редко заходил кто-то ещё. Всё же вход в сад был открыт всем членам семьи, другой вопрос, что походить по нему было сложно из-за жутко неудобной расстановки растений. До самых дальних уголков было и вовсе не добраться.
Несколько иначе дело обстояло с «личным пространством» главы семьи – Уилфорд запретил кому-либо спускаться в подземелья. Не то, чтобы кто-то горел желанием, но его дети отличались любопытством и непослушностью. Однако даже они посчитали, что будет разумнее не совать свои носы в тёмные коридоры под старинным поместьем. Отрицать, что они всё же когда-то пытались, было бы глупо, ибо в отличии от очевидности некого опасного садоводства Брианны, занятие Уилфорда оставалось тайной.
Адрианна вернула книгу на полку и неспешно направилась на поиски отца. К счастью, в поместье было не так много мест, где он часто проводил время, поэтому обходить весь дом не было нужды. Как не было и смысла торопиться, девушка знала, что их домовик Свамп часто не успевал с приготовлением ужина из-за многочисленных поручений Брианны. Адрианна посетила кабинет отца, библиотеку, успела заглянуть в комнату брата и напомнить ему о скором ужине. Продолжив свои поиски ещё в нескольких комнатах, девушка становилась всё ближе к уверенности в том, что Уилфорд в подвальном помещении. Эта мысль была совершенно не по душе волшебнице, идти туда ей не хотелось. Однако безуспешность поисков вынудили её направиться к каменной лестнице, ведущей на самый нижний этаж.  «Домовика отправлять опасно для его же жизни, мать не найдёшь в её саду, да и свои горячо любимые растения она сейчас не бросит, а брат слишком устал» - оправдывала девушка своё любопытство и желание наконец узнать, что же скрывает её отец.
Шаги её были очень медленными и неслышными, она словно плыла, а светлая лёгкая мантия только усиливала эту иллюзию. Если бы кто-то увидел её сейчас, то непременно принял бы за настоящего призрака, неприкаянно летающего по мрачным коридорам. Место неосвещённым, а палочку Адрианна, как назло, не взяла с собой, поэтому ей пришлось идти на тусклый свет, пробивающийся из слабо открытой двери. Волшебница слышала голос Уилфодра, но не могла разобрать, что именно он говорил, его речь в отзвуке от каменных стен показалась ей бормотанием. Любопытство девушки усилилось, поэтому она стала двигаться ещё осторожнее, позабыв для чего туда явилась, она решила тайком узнать, что скрывают эти холодные помещения. Подойдя к двери, она слабо толкнула её ладонью, так чтобы можно было только одним глазом видеть происходящее внутри. К разочарованию петли оказались старыми, а потому скрипнули от слабого движения. Однако это было ничто по сравнению с тем, что открылось взору Адрианны. Она застыла от шока, словно на лютом морозе её резко облили ледяной водой. Она дрожащими руками закрыла себе рот, чтобы не выдать свои эмоции и попятилась назад. К счастью или к сожалению, она успела только мельком увидеть некую ужаснувшую её сцену. В голове был хаос.
На фразу отца она не собиралась отвечать, но его голос будто снял оцепенение. Адрианна стала пытаться придумать, что делать, судорожно оглядывая всё вокруг, будто где-то было спасение из этого страшного подземелья. Шаги за дверью стали новым толчком её разума от страха к решению. Адрианна не пыталась бежать, а сделала вид, что только сейчас пришла, что отчасти было правдой. Она стала так, будто шла к двери, собрала остатки своего самоконтроля, чтобы изобразить, что ничего не видела, когда дверь распахнулась.  Несмотря на умение владеть проявлениями своих эмоций, после пары секунд того, что она видела, у неё не слишком хорошо получалось притворяться. Больше всего выдавало слабое дрожание рук.
- Я хотела, - Адрианна старалась говорить ровно и спокойно, - Хотела позвать к ужину. Матушка велела сказать, что он скоро будет готов.

+2

4

Сияло солнце в небесах,
Светило во всю мочь,
Была светла морская гладь,
Как зеркало точь-в-точь,
Что очень странно — ведь тогда
Была глухая ночь.

Ты очаровательна, моя милая. Твои глаза - благо ты пошла в маму. Красавица, великолепная фигура, чувственные губы, идеальная осанка и манеры. Почему ты до сих пор живешь в этом доме? Как мне надоели все эти маленькие хитрости, только бы остаться незамужней женщиной. Сколько еще тебе играться? Столько, сколько я тебе позволю. Маленькая глупенькая девочка. Смотри мне в глаза, милая, пожалуйста, не отводи взгляд. Голос с придыханием, будто ты бежала сюда, изящные пальчики подрагивают в такт сердца, вены на шейке отражают пульс. Легилименс ни к чему. Ты - открытая книга. Ужасная правда, что у меня дочь не способна защитить собственные тайны, но, как мы видим, я недалеко ушел от нее. Игнорирую фразу молодой особы, открывая дверь пошире, приглашая внутрь жестом руки.
- Не хочешь взглянуть на то, чем я занимаюсь?- невидимая улыбка касается глаз, тогда как губы лишь шевелятся в унисон голосу. Я зол. Чрезвычайно и на себя, как бы это редко не случалось. В данный момент, необходимым было лишь одно - не дать Адрианне рассказать это кому бы там ни было. Да и что она видела? Кто знает, но, думается мне, слишком многое. - Любопытство - не порок. Я настаиваю, дорогая,- взгляд становится жестче. Пропускаю дочь внутрь маленькой лаборатории с занавешенным трупом и инструментами, плотно закрывая дверь, проводя по замкам палочкой, слыша щелчки и скрежет закрывающихся механизмов. Повернуться внутрь комнаты, обходя девушку, становясь рядом с импровизированной ширмой. В голове фейерверками взрывались варианты, которые можно было бы использовать в дальнейшем общении с дочерью. Но все было либо слишком наиграно, либо абсурдно. Она увидела. Она - знает. А знание - слишком опасная сила, чтобы оставлять ее, пусть даже это моя девочка. Условности и обязанности, мы все чем-то обязаны кому-то. Себе в первую очередь. Провести рукой по темной поверхности ткани занавеса, скрывающего представление века. Кто бы знал, как в действительности творится наука. - Давай посмотрим на этот раз повнимательнее,- легким движением рукой убрать полотно. Никакой театральности, хотя это не может выглядеть иначе. Слишком абсурдно, странно, нелепо. Рукой аккуратно прикрыть мозг черепной коробкой, висящей на кожном лоскуте и мышцах апоневроза, чтобы не смущать девушку еще больше, нежели получилось. - Знакомься, Адрианна. Мистер Анри Виолар, мог бы стать нашим новым Министром, но, к сожалению,- ты не во время зашла,- уже никогда и никем не станет,- сожаление в глазах, потеря потерь. И всему виной - моя дочь, ослушавшаяся моего прямого слова. И моя невнимательность и рассеянность. Провести тыльной стороной пальцев по щеке бедолаги. Три недели работы. Три! Двадцать дней, семнадцать часов. - Его мозг был уникален. Эйдетическая память, слышала о таком? Конечно нет...- спокойствие, Уил. Тяжелый вздох. Контролировать свои эмоции.-В 1907 году некто Виктор Урбанчич, серб и вообще неплохой человек, определил как способность человека к фотографическому запоминанию ситуации, при чем отнюдь не исключительно зрительной. Интригующе, не правда ли?- предлагает девушке стул, садясь в кресло за столом. - Три месяца назад я отправил результаты своих работ Эрику Йеншу в Германию. Достойнейший человек,- налить из графина себе в хрустальный стакан немного виски, делая маленький глоток. - Теперь он занимается этими исследованиями, ежемесячно присылая мне отчет о проведенной работе. Маглы такие забавные,- усмехнуться, поднимая взгляд на свою дочку. Улыбка медленно исчезает с губ.- Так вот, мистер Виолар был уникальным пациентом, уникальная память и асоциальное поведение смешались в одну тяжелую болезнь. За секунду до скрипа двери я был в миллиметре от того, чтобы разделить эти два "симптома"... допивает жидкость в стакане, тихо ставя его на стол, не отрывая взгляда от дочери. Положить руки на стол, наклоняясь вперед. - Так скажи мне, дорогая.. мой запрет о посещении этого места уже не имеет своей родительской силы? Или информация, которую ты сообщила мне, была жизненно необходима?- я снова завожусь, а этого делать не следует.

+2

5

И всякий путник в долине той,
Глядя в окна кроваво-красные,
Видит уродливый призраков рой,
Мелодии слышит ужасные.
(c) Эдгар Аллан По.


Приглашающий вопрос Уилфорда разрушил слабые надежды Адрианны на возможность быстро покинуть жуткие подвальные помещения. Напуганной девушке показалось, что её сердце остановилось от страха и с отвратительным звуком упало на каменный пол. Она слабо замотала головой из стороны в сторону в знак отрицательного ответа на вопрос, который не терпел возражений. Она не знала, что будет лучше: смотреть в глаза отцу, стараюсь внушить, что она не боится, или избегать столкновения взглядом, словно с диким зверем, который может счесть это угрозой. Только один факт придавал уверенности – она его дочь, а это значит, что он ничего плохого ей не сделает. Адрианна очень хотела в это верить, у неё даже получалось, но постепенно.
Слова Уилфорда о том, что он настаивает,  добрили остатки уже глупой надежды отчаявшийся девушки. Она медленно прошла в помещение, на секунды замерев, прежде чем переступить порог. Звук закрывающихся замков казался ей оглушительным приговором непреклонного судьи. Клетка с тигром захлопнулась. Она не обернулась, слушая как за её спиной защёлкнулся последний замок, на секунду прикрыла глаза и тихо, медленно вздохнула, силясь усмирить свой страх. Она хотела бы думать, что увиденное ранее – всего лишь дурной сон, но медицинские инструменты и скрывающая незнакомца занавеска не позволяли ей надеяться на обман зрения. Адрианна с опасной следила за тем, как отец прошёл к занавеске. И тут её охватила новая волна страха от осознания того, что он отдёрнет этот кусок ткани. Ей не хотелось снова видеть несчастного мужчину, ставшего жертвой какого-то жуткого эксперимента. Нет, она не боялась вида крови или ран, каких-либо повреждений и недугов, так как часто посещала больницу Святого Мунго, она много раз видела всевозможные ужасы, случавшиеся с человеческим телом. С детства мисс Лестрейндж привыкла к такому зрелищу, но в тот момент это была не больница, а отец не лечил. Только факт того, что это был какой-то жуткий эксперимент над человеком менял всю картину для Адрианны, окрашивая реальность в тона кошмарного сновидения, от которого хочется поскорее проснуться.
Когда Уилфорд провёл рукой по ткани, скрывающий объект исследований, девушка постаралась приготовиться увидеть это снова. Её нельзя назвать впечатлительной или слабонервной, потому она не дрожала, словно осиновый лист, но понимание того, что здесь происходит и – о, Мерлин, - уже давно продолжается, способно ужаснуть даже её. К такому невозможно быть готовой, сколько ни старайся.
Адрианна ахнула, но тут же закрыла рот руками, когда занавеска была резко отдёрнута. Она простояла так ещё две секунды, испуганно разглядывая мёртвого мужчину, а затем медленно опустила руки, собирая остатки самоконтроля. Наверняка, любая другая аристократка уже упала бы в обморок. "Министром? – любезное представление ей несчастного породило толику заинтересованности, но из-за страха девушка и сама этого не поняла, - Как это возможно? Этот человек мог быть Министром магии? Но это абсурдно, если только… Для чего же этот эксперимент?". Уилфорд будто прочитал мысли дочери и начал рассказывать о некой уникальности покойного. Адрианна честно старалась в это вникнуть, так как желала знать, с какой целью совершался этот кошмар. Страх мешал ей полностью понимать смысл слов отца, она всё ещё чувствовала холодные липкие пальцы несуществующего демона, которыми он медленно сжимал её шею.
Стараясь отогнать мерзкое ощущение и вслушиваясь в слова отца, Адрианна почти бездумно села на предложенный ей стул. Возражать в любом случаи было бессмысленно и даже опасно, так как мистер Лестрейндж был, разумеется, недоволен присутствием дочери в его лаборатории. Конечно, он был зол из-за неудачи по её вине.
Когда Уилфорд закончил объяснение и наклонился чуть ближе, Адрианне показалось, что в следующую секунду он резко поднимется, примется кричать, и невредимой из тёмного подвала она не выйдет. Однако ничего подобного не произошло, он только задал вопрос, но это не успокоило девушку, лишь отсрочило, казавшийся неизбежным, момент.
- Я просто выполняла поручение матушки, - она приложила все усилия к тому, чтобы голос не дрогнул, сжимая в кулаках ткань мантии на коленях, - Она велела мне сообщать о скором ужине вам с Джаспером.
Она понимала, что упоминание брата не ослабит злости отца, но от знания того, что он где-то наверху, ей становилось спокойнее. "Могла ли я предположить, что увижу нечто подобное?" - не было озвучено из страха разозлить главу семьи, но ясно читалось в глазах Адрианны, которая пока не решалась сказать что-то ещё.

Отредактировано Adrianna Lestrange (2015-01-21 14:55:20)

+1

6

Порой же ругала себя так беспощадно, что глаза ее наполнялись слезами. А однажды она даже попыталась отшлепать себя по щекам за то, что схитрила, играя в одиночку партию в крокет. Эта глупышка очень любила притворяться двумя разными девочками сразу.

Кивнуть, давая понять, что услышал произнесенное Адрианной. Наивно предполагать, что подобное может тебя оправдать, девочка. Ты нарушила правило, придется поплатиться за подобное. И правильно делаешь, что переживаешь. Это понятно, радует, что твоя совесть по-прежнему живет не отдельной жизнью. Разве что врать мне не стоило. Но кто смотрит на подобные мелочи в таком зрелом возрасте? Ведь ты могла быть за сотни миль от родного фамильного гнездышка, следить за особняком своего супруга, рожать и воспитывать детей и совсем забыть об отце, так мало уделявшем времени воспитанию своей русой красавице-дочке. Взяла бы пример с матери, понимающей своего мужа, дающей ему полную свободу действий, не ограничивающей и не попрекающей его ни в чем.  Но ты решительно против любой попытки узаконить свои отношения с элитой нашего времени. Два поколения, и ни один не по нраву. Что ж, дело твое, я переживу, если ты не выйдешь замуж ни за кого. Но какое разбазаривание драгоценной капли кристально чистой крови в этом запачканном мире, где маг и магл скоро станут различаться лишь буквой в слове. Расстраиваешь ты меня, дорогая...
- Понимаю,- перевожу взгляд на тело мистера Виолара, делая небольшой глоток моего горестного аперитива. Какая жалость, Анри, прошу меня простить. Крайне неудобно за своего ребенка. Но Вам уже ничем не поможешь. А ее еще можно научить уму-разуму.  - Иди ко мне,- встает с кресла, снова подходя в трупу, становясь сбоку от него. Взять в руки скальпель, потрясающее магловское изобретение. Разумеется, подобные вещи можно делать и палочкой, но эта работа не для волшебника, так пусть ею и занимается нечто немагическое. Странные мысли? Вовсе нет. Я считаю маглов абсолютно полноправными членами нашего общества! Многие из них куда умнее нас, куда смелее мыслят, шире и глубже. Их идеи и изобретения доставляют неимоверное удовольствие пытливому разуму. Так в чем же проблема? Проблема в смеси, которую поддерживает сейчас слишком большое количество чистокровных. Нас осталось не так уж много, чтобы так нагло упускать возможность концентрации магического потенциала. Мы вырождаемся, а они будут жить всегда. - Девочка моя, ты же не думаешь, что я сделаю тебе что-то плохое?- почти невидимая улыбка. Поигрывая лезвием в руках, дождаться, пока девушка приблизиться, аккуратно передавая ей в руки инструмент искусного выделения. Шепотом: - Встань ближе, загляни в его глаза,- они такие пустые сейчас, такие искренние, в них нет эмоций, которыми так любят прикрываться люди, на нем нет маски, их срезал жестокий мир и Создатель, убивший в Вас, мистер Виолар, посредственность, легким касанием руки вашего альтернативного сознания. - Что ты видишь?-  что вижу я? Если бы меня мучили угрызения совести, я бы много, что смог разглядеть в начинающих белеть глазных яблоках. Я бы усмотрел все свои грехи, все самые тайные и низменные желания, о которых не говорят даже на исповеди вслух, слишком интимно. До боли в глазах, режет, выступают слезы, что это? Глупости и предрассудки. - А теперь,- берет руку девушки с зажатым в ней лезвием, чуть хмурится. - Держи его, словно перо держит художник.. вот так. А теперь - проведи линию. Начни чуть ниже угла нижней челюсти с одной стороны.. вот здесь, да,- устанавливает руку девушки,- и до симметричной ей. Пиши,- твори! Это твоя картина! Не по желанию, но и гладиаторы воспитывались в неволи.

+1

7

music

[audio]http://pleer.com/tracks/126891109SqH[/audio]

Адрианна старалась не терять хрупкое напускное бесстрашие. Конечно, она напугана, кажется, как никогда раньше. По крайней мере, в тот момент она не могла вспомнить никакой другой случай, когда испытывала бы столь сильный страх. Возможно, когда она выйдет из жуткого подземелья, проведёт ночь без сна, прокручивая в воспоминаниях произошедшее, тогда она перестанет ужасаться этому, как ночному кошмару, от которого просыпаются вместе с ощущением холода по спине. Научится жить со знанием того, что происходит в её доме.
Адрианна сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, готовясь к новому ощущению ледяного страха на коже, которое оказалось слабее, чем ожидалось. Помедлив, она встала и нерешительно направилась к месту эксперимента, повинуясь словам отца. Протестовать и отказываться находиться рядом с убийцей и его жертвой, как она их видела в тот момент, девушка просто не решилась. Пусть это быстрее закончится. Всё, что угодно, лишь бы выйти отсюда. Слова крутились в её голове, как на заевшей пластинке, отвлекая от осознания того, что она застывшим взглядом смотрит на мёртвого мужчину. Мысль о том, чтобы уйти не давала сосредоточиться на прочих: Чувствовал ли он боль? Давно ли он здесь? Кто был раньше на его месте? Эксперименты удались? Сколько погибло? Как давно началось? Кто знает? Почему? Какого это?
- Нет, - тихо, но уверенно Адрианна ответила на вопрос отца, - Я же твоя дочь, ты не поступишь со мной так жестоко.
Возможно, из вдруг ожившего чувства собственной неприкосновенности, а может из обычной самонадеянности, она не побоялась сказать, что это жестоко. Много лет она провела противостоя отцу во многих вопросах, особенно в теме замужества, поэтому старалась представить, что это лишь очередной раз, когда ей нужно проявить стойкость. Однако страх никуда не исчез, как бы девушке этого ни хотелось. В поместье мама и брат, мне нечего бояться. А если..? Отсюда ничего не слышно. Нет. Это слишком глупый страх, я его дочь… Не убьёт, но… Продолжать думать об этом и подпитывать свой страх было бы безрассудно.
Адрианна взяла острый предмет из рук отца и пару секунд осматривала необычную и жутковатую вещь. Снова повинуясь словам отца, она медленно подняла голову и взглянула в глаза мёртвого мужчины. На миг всё тело охватил колющие холодное ощущение, словно миллионы ледяных иголок одновременно укололи её. Она стала вглядываться в безжизненные глаза, как прорицатели смотрят в стеклянный шар. Неприятное чувство быстро исчезало,  уступив место прежним вопросам и образам снова захватившим её, и даже голос Уилфорда не сразу вернул её в реальность того жуткого момента.
- Пустоту… и потерянность, - она ответила не думая, но полностью понимая вопрос. Стоило странному наваждению рассеяться, как она почему-то сразу пожалела о поспешном ответе.
От неожиданности Адрианна вздрогнула, когда отец коснулся руки, державший медицинский инструмент. Словно марионетка, она не противилась, когда он направил её руку с острым предметом к лицу жертвы неудавшегося эксперимента. Прежний страх волной накрыл её, заставив руки трястись мелкой дрожью. Пока она была ведома врачом, это не было большой проблемой, тем более, что навредить кому-то этим она уже не могла. Мёртвого не убьёшь снова.
Голос отца казался Адрианне голосом самого страха, мучающего её с того момента, как она заглянула в эту проклятую комнату. В те жуткие секунды со скальпелем в руке ей казалось, что Уилфорд – демон страха. Демон желающий испугать её до мертвецкой бледности.
Словно во сне или над заклятием Империо, она не могла сопротивляться этому жуткому гипнозу. Пусть это закончится. Глаза в страхе зажмурены. Лезвие медленно вошло в кожу жертвы. Несмелое слабое движение лезвия быстро прекратилось. Вдох. Секунда звенящей тишины. И… Одно резкое движение метала, в том направлении, как сказал Уилфорд. Сделано.
Медленно открывая глаза, Адрианна дышала глубоко и часто, словно на это движение ушли все её силы. Скальпель выпал из поднятой руки со звоном падая на пол. Зачем я это сделала?

0


Вы здесь » Сommune bonum » ПРОШЛОЕ ВРЕМЯ » Подземелья и дьяволы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC